АРХІЕПИСКОПЪ АНТОНІЙ (СИНКЕВИЧЪ) – НОВЫЯ ДАННЫЯ О ТОМЪ, ЧТО УБІЕНІЕ ЦАРЯ-МУЧЕНИКА НЕ БЫЛО ПОЛИТИЧЕСКИМЪ, А ЧИСТО РЕЛИГІОЗНЫМЪ.
Въ 18-мъ номерѣ «Православной Руси» отъ 15/28 сентября 1980 года было помѣщено описаніе четвертаго Съѣзда русской общественности, состоявшагося въ концѣ августа въ связи съ подготовкой празднованія тысячелѣтія крещенія Руси. Наиболѣе оживленную дискуссію вызвалъ вопросъ прославленія русскихъ новомучениковъ. Отмѣчено, что по этому вопросу существуетъ рядъ мнѣній. Острѣйшимъ моментомъ всей дискуссіи былъ вопросъ прославленія Царской Семьи. Противники канонизаціи Царской Семьи считаютъ, что такой актъ будетъ воспринятъ многими, какъ дѣйствіе политическое, ибо, по ихъ мнѣнію, Государь Императоръ Николай Александровичъ и его Семья были убиты большевиками не за вѣру въ Бога, а потому, что послѣдній русскій царь былъ символомъ старой Россіи.
Хотя доводы о, якобы, политическомъ убійствѣ Царской Семьи были неоднократно опровергнуты въ рядѣ статей, опубликованныхъ въ печати, однако, представляется существеннымъ привести нѣкоторыя новыя данныя по этому вопросу.
Какъ извѣстно, сами убійцы цинично провозгласили, что они убили Императора, какъ православнаго Царя, для разрушенія православной Россіи. Вотъ переводъ кабалистической надписи на стѣнѣ Ипатьевскаго подвала: «Здѣсь, по приказанію тайныхъ силъ, (православный) Царь былъ принесенъ въ жертву для разрушенія (православнаго) Государства. О семъ извѣщаются всѣ народы». Поскольку во многихъ древнихъ языкахъ существуетъ опредѣленный членъ передъ существительными, то слова, поставленныя въ скобки, дополняютъ пробѣлъ русскаго языка, не имѣющаго члена, что уменьшаетъ ясность. Опредѣленный членъ въ русскомъ языкѣ приходится замѣнять дополнительнымъ словомъ. Несомнѣнно, кабалистическая надпись имѣла въ виду не царя вообще, а опредѣленнаго русскаго православнаго царя, и не отвлеченное государство вообще, а опредѣленное русское православное Государство.
Второе совершенно ясное такое же свидѣтельство убійцъ было сдѣлано ими около двухъ лѣтъ тому назадъ. Въ газетѣ «Дейли Телеграфъ» отъ б апрѣля 1978 года приведенъ слѣдующій текстъ московской радіо-передачи, объясняющей цѣль убійства всѣхъ Членовъ Дома Романовыхъ:
«Всякій, еще тогда живой членъ Семьи Романовыхъ, долженъ былъ считаться возможнымъ знаменемъ, вокругъ котораго стали бы собираться враги революціи».
Одно очень существенное обстоятельство подтверждаетъ это. Большевики убили не только Государя, Государыню и всю ихъ Семью, но систематически, безжалостно и сознательно, безъ всякой формальной причины и вины, уничтожили всѣхъ Членовъ Дома Романовыхъ, числомъ 18, оказавшихся на той части территоріи Россіи, которая находилась подъ ихъ властью. При этомъ замѣчено удивительное сходство плана всѣхъ этихъ убійствъ.
Первымъ изъ Романовыхъ былъ убитъ братъ Государя Вел. Князь Михаилъ Александровичъ. Большевики убили его, какъ ближайшаго по крови къ заключенному Императору.
Вел. Князь Михаилъ Александровичъ, безъ видимой причины, былъ арестованъ въ Гатчинѣ въ мартѣ 1918 года, вмѣстѣ съ личнымъ секретаремъ Николаемъ Николаевичъ Джонсономъ, и былъ отправленъ въ Пермь. Тамъ онъ былъ помѣщенъ въ гостиницѣ «Рояль» съ секретаремъ и двумя слугами. Одинъ изъ слугъ, Челышевъ, вмѣстѣ съ другими свидѣтелями, сообщилъ, что ночью 30 мая или 1/14 іюня 1918 года три лица разбудили Великаго Князя и увезли его вмѣстѣ съ секретаремъ въ Мотовилиху – заводъ, въ нѣсколькихъ верстахъ отъ Перми, и тамъ обоихъ убили.
Арестъ и убійство совершили помощникъ начальника Пермской милиціи, коммунистъ Жужковъ, вмѣстѣ съ Алексѣемъ Плѣшковымъ и Иваномъ Берсеневымъ. На Сибирскомъ трактѣ Жужковъ хотѣлъ выстрѣлить въ Вел. Князя, но револьверъ далъ осѣчку. Тогда выстрѣлилъ въ Вел. Князя А. Плѣшковъ (принимавшій участіе въ мученической кончинѣ епископа Андроника).
Трупъ Вел. Князя былъ брошенъ въ заводскую доменную печь.
Другіе Члены Императорской Семьи были подвергнуты избіенію въ Алапаевскѣ, уѣздномъ городѣ Пермской губерніи. Тамъ находились подъ арестомъ въ мѣстной городской школѣ Вел. Книгиня Елизавета Ѳеодоровна (съ келейницей инокиней Варварой), Великій Князь Сергѣй Михайловичъ, трое сыновей Вел. Князя Константина Константиновича – Іоаннъ, Игорь и Константинъ и 17-лѣтній князь Владиміръ Палей, сынъ Вел. Князя Павла Александровича.
Никто изъ нихъ не оказывалъ противодѣйствія большевикамъ и ихъ арестъ никакими видимыми причинами не оправдывался.
Приговоромъ имъ былъ Романовская кровь, текшая въ ихъ жилахъ.
Одобренный Янкелемъ Свердловымъ планъ убійства Царской Семьи былъ примѣненъ въ Алапаевскѣ и совершенъ подъ покровительствомъ Свердлова мѣстными комиссарами, подъ наблюденіемъ Бѣлобородова, прибывшаго въ Пермь немедленно послѣ Екатеринбургскаго злодѣйства.
Въ ночь съ 4/17 на 5/18 іюля 1918 года Алапаевскихъ узниковъ разбудили, говоря, что къ городу приближаются чехословаки. У подъѣзда ожидали крестьянскія повозки. Объяснили, что ихъ повезутъ на заводъ Синячкина, гдѣ они будутъ въ безопасности. Въ 12 верстахъ отъ города дорога проходитъ лѣсомъ, гдѣ находятся заброшенныя шахты, подобныя Верхъ-Исетскимъ, въ которыя были брошены тѣла убіенной Царской Семьи. Здѣсь обозъ остановился. Вел. Князь Сергѣй Михайловичъ былъ приконченъ револьвернымъ выстрѣломъ въ голову, а остальные беззащитные узники были перебиты дубинами. Ихъ еще живыя тѣла поволокли въ лѣсъ и кинули въ шахту, въ которую бросили гранату, чтобы обрушить стѣны. Послѣ этого проходившіе вблизи крестьяне слышали пѣніе церковныхъ пѣснопѣній изъ шахты. Гробы съ останками Великихъ Князей были перевезены бѣлыми въ Пекинъ.
Черезъ шесть мѣсяцевъ послѣ убіенія Царской Семьи въ Екатеринбургѣ, Алапаевское избіеніе повторилось въ Петроградѣ. Жертвами были Великіе Князья Павелъ Александровичъ, Димитрій Константиновичъ, Николай Михайловичъ и Георгій Михайловичъ. Ихъ заключили въ Петропавловскую крѣпостъ и перебили изъ револьверовъ 14/27 января 1919 года. Всѣ 18 жертвъ Дома Романовыхъ погибли безъ: суда: и даже безъ:предъявленія имъ какого-либо обвиненія.
Но причина была. Большевики дѣйствовали методически и сознательно. Они не могли допустить, чтобы оставалась малѣйшая опасность возстановленія монархіи при наличіи кого-либо изъ Дома Романовыхъ, что прекратило бы выполненіе ихъ главной цѣли и задачи борьбы съ Богомъ и уничтоженія православной христіанской вѣры. И мы не имѣемъ права закрывать глаза на этотъ общеизвѣстный фактъ, обошедшійся русскому народу во много милліоновъ жертвъ, а именно около 20 милліоновъ однихъ мучениковъ за вѣру и 90 милліоновъ остальныхъ невинныхъ жертвъ. Всѣ 18 членовъ Дома Романовыхъ пали не политическими жертвами, а какъ мученики за Христа въ гораздо большей степени, чѣмъ ничего не сознававшіе 14.000 младенцевъ отъ Ирода, такъ же за Христа избіенныхъ, и только упорное, предвзятое и несправедливое отношеніе къ неоспоримымъ доказательствамъ и къ самимъ мученикамъ только потому, что они царской крови, является единственнымъ объясненіемъ «политической» теоріи убійства Царской Семьи.
Вмѣсто того, чтобы радоваться, что Господь и въ наши дни явилъ такой великій сонмъ мучениковъ и заступниковъ за насъ изъ всѣхъ званій, начиная съ царскаго, многіе, наперекоръ древней церковной практикѣ и въ ущербъ собственной духовной пользѣ, солидаризируются въ этомъ вопросѣ съ противниками вѣры и благочестія, которые тоже настойчиво противятся прославленію Царской Семьи.
Свѣдѣнія объ убіеніи всѣхъ Романовыхъ, находившихся на территоріи, подчиненной совѣтской власти, взяты изъ книги Р. Вильтона «Послѣдніе дни Романовыхъ». Бильтонъ пишетъ о себѣ, что онъ выросъ въ Россіи и любилъ ее. Какъ англичанинъ, былъ долгое время корреспондентомъ «Таймса» въ Петроградѣ. Онъ принималъ участіе въ 1-й міровой войнѣ въ русской арміи и, въ порядкѣ исключенія, былъ награжденъ георгіевскимъ крестомъ. Оказавшись послѣ революціи въ Сибири, вникалъ во всѣ подробности слѣдствія объ убійствѣ Государя, а послѣ появленія его книги «Послѣдніе дни Романовыхъ» былъ удаленъ изъ «Таймса». Онъ былъ убѣжденъ, что издатель послѣдняго, лордъ Нортклифъ, желалъ этимъ угодить евреямъ, мстившимъ Вильтону за его смѣлое свидѣтельство о правдѣ и о ближайшемъ участіи евреевъ въ убійствѣ Царской Семьи.
Въ связи съ странной теоріей о «политическомъ» убійствѣ Царя-Мученика, представляется умѣстнымъ привести съ нѣкоторыми сокращеніями письмо изъ Москвы о. Димитрія Дудко одному изъ нашихъ зарубежныхъ священниковъ. Это письмо заслуживаетъ вниманія по своей несомнѣнной искренности, при чемъ оно написано въ Россіи, гдѣ каждое слово въ пользу мучениковъ, достаточно для обвиненія въ антисовѣтской дѣятельности.
Вотъ это письмо:
«Если мы не сумѣемъ прославить, оцѣнить по достоинству именно Николая II, то вина эта ляжетъ на всѣхъ насъ, какъ ложится она на большевиковъ: мы станемъ участниками ихъ чернаго дѣла. Если же маленькая Зарубежная Церковь поднимется до такого великаго сознанія, чтобы прославить, она сама станетъ великой – именно, выразитъ сознаніе будущей свободной Русской Церкви. Сейчасъ сказать въ защиту Николая II – значитъ освободиться изъ-подъ той несвободы, въ которую мы закованы. Нужно быть абсолютно свободнымъ, чтобы это во всеуслышаніе сказать. Въ утѣшеніе могу сообщить, что у насъ все больше и больше появляется людей, благоговѣйно склоняющихся передъ памятью Великомученика Николая И, и какъ ни странно, въ семьяхъ большевиковъ и безбожниковъ. Я пробовалъ давать книгу Жильяра «Послѣдніе дни» нѣкоторымъ, и мнѣ сказали, что сознаніе моментально перевертывается на 180°.
«Вы правильно пишете, что прославленіе мучениковъ «воодушевитъ и пробудитъ духовно многихъ, какъ въ Россіи, такъ и на Западѣ» – только не прославленіе Царской Семьи! Если не будетъ прославлена Царская Семья, мы какъ бы лишимся верхняго вѣнца мучениковъ. Мнѣ Царская Семья видится впереди и только впереди. Въ Россіи не только появились отдѣльные мученики, Россія вся стала мученической – отъ Царской Семьи до послѣдняго крестьянина. Оттого и Россія назовется въ полномъ смыслѣ этого слова святой, и оттого воодушевитъ и здѣсь живущихъ и тамъ, на Западѣ. Прославленіе Русскихъ мучениковъ – это особая страница, единственная и неповторимая. Но я порой боюсь, что можетъ прославленіе не состояться – вмѣшаются политическія страсти, еще не остывшія у оставшихся отъ старой Россіи, вмѣшаются политическія страсти и у новыхъ, для которыхъ Россія – имперія...
«Вотъ я и у Васъ замѣтилъ, что Вы смотрите не объективно съ христіанскихъ позицій, а вмѣшивается политическій взглядъ. Читайте: «Вѣдь при объективномъ разсмотрѣніи обстоятельствъ развала Россіи – послѣдній Царь былъ въ значительной мѣрѣ виноватъ». (Несомнѣнно, это слова нашего священнника въ его письмѣ къ о. Димитрію Дудко). Развѣ Вы не видите здѣсь политики? Развѣ Вы не видите, что Царь-Мученикъ каждое свое дѣйствіе согласовалъ съ христіанскимъ міропониманіемъ. Онъ говорилъ: «Если нужно для спасенія Россіи, Я готовъ снять санъ Монарха». Какая здѣсь любовь и какое смиреніе? А то, что Онъ страдалъ за русскихъ людей и за Россію, а то, какъ Онъ молился передъ своими крестными страданіями, а то, какъ Его безжалостно уничтожили на глазахъ у жены, дѣтей и всѣхъ Его вѣрныхъ слугъ это, ничего не значитъ?! Я этими Его страданіями поразился разъ и навсегда, и не могу себѣ иначе Его представить, какъ только святымъ. Большевики Его убили именно потому, что Онъ былъ христіаниномъ. Хотя, м. б., и опасались Колчака. Они чутьемъ понимали величіе Царя, какъ христіанина. Вотъ и сейчасъ, чувствуя, что Его хотятъ прославить, они про Него начинаютъ писать всякую пакость. До этого молчали, м. б. умышленно замалчивали, а теперь, когда идетъ дѣло къ прославленію, начинаютъ писать, Чувствуютъ, что Онъ заговоритъ такимъ голосомъ, которому они противиться не въ состояніи будутъ. И Онъ заговоритъ, не можетъ быть, чтобы не заговорилъ! ! ! (Нельзя не обратить вниманія, что, въ то время какъ нашъ священникъ пишетъ «царская семья» съ малой буквы, о. Димитрій Дудко пишетъ съ большой, а также всѣ мѣстоимѣнія о. Царѣ-Мученикѣ – Онъ, Его, Ему – также съ большой. А.А.).
«Хорошо, что Вы сомнѣваетесь въ своемъ утвержденіи. Я думаю, почему вотъ тамъ на Западѣ у русской молодежи есть тенденція не прославлять Николая Второго, равно и у старой интеллигенціи? Вы еще политики при всей Вашей «объективности». Вы не можете понять того, что здѣсь начинаютъ понимать. Оно и естественно: мученикъ всегда чувствуетъ мученика. Измученныя русскія сердца здѣсь начинаютъ чувствовать своихъ мучениковъ и Николая Второго въ первую очередь.
«Мнѣ почему-то кажется, что я скоро стану одинокимъ за свою прямоту. Вотъ изъ-за Николая Второго начинаю терять друзей».
Настоящую статью хочется закончить словами Посланія къ Русскому Народу Третьяго Всезарубежнаго Собора Зарубежной Церкви 1974 года:
«Намъ всѣмъ надлежитъ принести Богу искреннее, глубокое и чистосердечное покаяніе... Тогда наша великая, многострадальная и славная Россія обрѣтетъ свой историческій путь и даруетъ всему русскому народу свободную и благословенную жизнь... Ей, Господи, услыши сіе моленіе недостойныхъ рабовъ Твоихъ по предстательству безчисленнаго сонма святыхъ мучениковъ, пострадавшихъ отъ Твоихъ враговъ, съ Святѣйшимъ Патріархомъ Тихономъ, святителями. Божіими, сохранившими истину, Царемъ-Мученикомъ Николаемъ Вторымъ и Его Семействомъ и безчисленнымъ множествомъ людей – убитыхъ, замученныхъ и погубленныхъ во имя господства зла на землѣ, которое да обратится въ торжество правды, истины и свѣта Божія.. Аминь». Подписано, Митрополитомъ Филаретомъ, 14-ю архіереями, 4-мя вицепредсѣдателями и 70 членами Всезарубежнаго Собора.
«Православная Русь». 1981. № 6. С. 3-5.
